Глава 1. Больше идти некуда.
Степь мешалась уже с лентами лесов., выстроивших свои зеленые стены по берегам, речушек, рек и озер. Леса становились все гуще. Верхушки могучих шатров вековых елей и сосен упирались в низко ползущие свинцовые облака, часто плакавших дождем от их колючих ласк.
Большой отряд всадников двигался уже много дней. Позади остались земли не гостеприимных родимичей, которые, на просьбу предоставить убежище, набросились на небольшой отряд стаей разъяренных волков. Хорошо степь спасла. Передвигались больше ночью. Днем таились по балкам и оврагам. Поселения северян и вятичей обходили стороной. Хорошо, воины Рахмата были отменными добытчиками. В пище нужды не было. У северян и повстречали отряд земляков Рахмата, так же, как и они, тайком пробиравшихся на родину после того, как неудачей окончилась схватка с древлянами. Снарядил каган Тохташ подмогу грозному Дизавулу, правнуку кровавого Аттилы, для набегов на земли славянские. Боялся сам непокорным показаться безудержному хану. Только славяне такой отпор дали, что отряды в бегство обратились. Теперь разрозненными кучками и пробивались в земли свои.
Два отряда сошлись в огромной балке, тянувшейся у подножия громадного холма. Таких Милорад ранее не видывал. Сквозь осыпи боков громадные камни проглядывали. Словно щерились грозно. Быть бы сече. Только услышал Рахмат речь родную. Окликнул всадников. Получив ответ, уже скомандовал о чем-то строгим голосом. Подскакал посланец. Скинул с головы железный шишак. Руку на сердце положил, с седла спрыгнул. Голову склонил перед Рахматом. Тот продолжил свой строгий говор, тыча рукой в сторону Милорада. На зов посланца и остальные подлетели. Сотни две всадников на низкорослых, лохматых конях. Спешились и, склонив головы, Тесно в стенах балки стало. И тихо. Только кони ржали иногда. Рахмат вновь говорил с ними о чем-то на непонятном Милораду и горстке его дружинников языке. Дружинников в сотне Милорада и Рахмата было мене десятка. Остальные те и дети тех, кого привел с собой когда-то молодой Рахмат на службу деду. Рыжему Медведю. Семьи остались в землях князя Родмира. С обозом далеко не ушли бы.
Опять говорил Рахмат, а прибывшие внимательно его слушали. В конце своих слов Рахмат вновь ткнул в сторону Милорада.
- Милорад-бек! – Прозвучала в устах старика.
- Мальрат-бек! Мальрат-бек! – Дружно ответили сотни глоток.
- Принимай воинство! – Рахмат довольно улыбался. – Понял, кем тебя сделал? Нет? Военачальник теперь ты их. Не будет у них другого, пока жив будешь. Клятву с них взял. Рассказал о славных делах воинства твоего прежнего, где самому твоим близким помощником быть довелось. Приврал, конечно, немного. Мои не проговорятся. Побояться! Владыка я теперь земель бывшего отцова кочевья. Осели на землях родственники мои. Сам того не знал. Эти сказали. Говор учи, бек. Без языка нет полной власти. Судьба так повернула. А мой срок не долог уже. Сам забыл, сколько весен встретил. Деда твоего знавал, Медведя Рыжего, когда тот моложе тебя был. Эх…
*****
- Скоро уж. – Уведомил Милорада после очередного ночного броска Рахмат. –В земли родные входим. Днем теперь двигаться будем. Хазарская земля! Булгары мы. Грозный род. Самый большой в каганате. Стольный город наш, Булгар, на Итиль-реке* стоит. Там сын брата моего младшего ханом. Токан. Ему служить будешь.
- Мне, все одно, идти боле некуда, Рахмат. Здесь бы задержаться… - ________________________
* - Итиль – Волга
Равнодушно ответил Милорад.
- Забыл?! – Почему-то осердился Рахмат. – Бек ты! Здесь ныне и твоя земля, Мальрат-бек!
- Все хотел спросить. – Сменил вдруг тему Милорад. – Отколь знакомство твое с Саламом произошло? Как эта гадина власть над тобой взяла?
- То отдельный рассказ. Тебе скажу. Молоды мы были с братом. Только года три и прошло, как с отцом нашим, в набеги ходить стали. Ясак* богатый за плененных собирали. Молоды были, резвились как молодые жеребцы в поле. Все хотелось удалью похвастать друг перед другом. Так и в тот раз. Отец нас с воинами в селении захваченном оставил. Собрать меха, мед. Другое, что пользу принести может. Прятали кривичи свои богатства от глаз наших отменно в лесах. Ничего сыскивали. И тогда, отыскали! И не только меха да мед. Полтора десятка девок молодых в ельнике укрыли. Там мы их и накрыли. Охрану малую порубить было делом легким и скорым. Только была там одна… Красавица, какой боле не видывал. Старейшины их внучка. Заспорили с братом, кому достанется. Она смеется. Слов понять не может. Но видит, что два парня из-за нее разбушевались. Руками машут, кричат громко. А воины пленниц в сторонку оттеснили. К нам не подходят. Боятся провиниться перед сынами хана. Не уступали один другому никак. Теперь уж и сказать не могу. Как все вышло. Только, в руке у меня кинжал оказался. Подбежал к девке и, глядя в глаза ее красивые, вогнал лезвие в грудь ей.
Упала бедная на землю. Ногами и руками землю гребет.
«Проклянут тебя боги, разбойник…» Последнее, что проговорила. Так мне толмач** наш перевел потом.
Забылся бы случай тот, кабы не то, что потом со мной случаться стало.
Стал впадать в забытье какое-то. Ни с того, ни с сего. С коня на скаку пасть мог. Корежит всего. Пена изо рта прет. Людей не вижу. Скрутят меня, подержат силой, проходит. Знахари наши чем только не пичкали. Пустое
дело! Чаше со мной такое случаться стало. Тут и появился чужеземец, из купцов приезжих… Отцу пообещал, что может меня от болезни освободить. _ А тот и заяви от радости: «Что хочешь, проси, коли слово свое исполнишь!» Сдержал слово. А потом дозволения при мне остаться _________________
* - дань, выкуп
** - переводчик
А тот и заяви от радости: «Что хочешь, проси, коли слово свое исполнишь!» Сдержал слово. А потом дозволения при мне остаться испросил. Вроде, для укрепления здоровья моего. В том и было начало судьбы моей излома. В одном из походов так голову мне задурманил, что ушел вслед за ним, сам не зная куда. Так, по сей день, и не возвращался. Хорошо ты его, от себя прогнал. И тебя в грязи утопить хотел. Коли нет воли быть его должником, он силы над тобой иметь не может. Сам так когда-то мне проговорился. Ладно. Отдыхать давай. Тяжко мне про все, про то…
*****
- Говоришь, умеешь оборону крепостей решать? Можешь воинов пеших готовить к бою? - Хан Токан вопросительно смотрел прямо в глаза Милораду. – Так мне и дядя толковал. Кстати. По его просьбе, беком крепости Сувар поедешь. На месте бывшего улуса отца его крепость поставлена. Ему отдаю по праву. При нем будешь. Согласен?
- Согласен, великий хан! – Отвечал Милорад.
Хан хлопнул в ладоши. Из-за тяжелой шелковой занавеси с нашитыми на ней золотыми птицами с чудными разноцветными хвостами, что скрывала часть зала, расположенную за возвышенностью, на которой возлегал стареющий хан, выбежал сухой человечек в длинном до полу халате. В руках держал свиток, похожий на тонкую кожу и сосуд с каким-то черным месивом. Это месиво, при помощи остро отструганной палочки, стал наносить этот человечек на развернутый свиток вслед за совами, произнесенными ханом. Милорад очень удивлен был такому.с
- Пиши! – Твердо велел хан. – Мильрат, названный сын почтенного Рахмата, властителя крепости Сувар и всех земель рода, по моему повелению назначается беком этих владений! Вручи грамоту новому беку!
Милорад почтительно принял свиток, к которому на шелковом шнуре была прикреплена ханская печать.
- Доволен ли, Мильрат-бек? – Хан заулыбался. Махнул рукой человечку, чтобы тот снова скрылся с глаз. Затем трижды хлопнул в ладоши. На пороге появился воин в сверкающей кольчуге и шишаке с поднятым забралом на голове. Хан повелел. – Собери совет! Быстро! Слово говорить буду.
В комнату стали входить люди в дорогих нарядах. Милорад понял, что это и есть члены совета. Они рассаживались полукругом на маленьких скамеечках. И в молчании ожидали слов хана.
- Дядя мой, почтеннейший Рахмат-ага, слава богам, вернулся на родную землю, чем обрадовал меня и народ свой несказанно! Стар он. Отдых нужен. Много забот в жизни было. Просит помощника себе. Крепость Сувар воротил ему во владение из-под своего начала. С землями. Надо воинов в порядке держать, да крепость к любой осаде готовой быть заставить.
Среди членов совета пробежал тревожный шепоток.
- Никто теперь на нас не идет. Не волнуйтесь. На будущее. Тот, кто умеет строить крепости и оборону крепить, тот лучше других знает, как брать их!
Просил почтеннейший Рахмат-ага поставить к нему военачальником сына его названного, Мальрата. – Хан ткнул пальцем в Милорада. – Не мог отказать старшему брату отца моего. Назначаю его военачальником крепости. Созвал вас, чтобы клятву в верности народу моему дал.
Вслед за толмачом произнес Милорад нужные слова и стал окончательно Мальрат-беком.

Комментарии

Пока комментариев нет.